Талоны на еду и картошка на клумбах: как свердловчане выживали в условиях военного дефицита?

«Главные новости Екатеринбурга» продолжают знакомить вас с «Артефактами войны», которые хранят горожане. Новая серия — о кухне Великой Отечественной.

О том, что жизнь тогда была совсем несладкой, Анатолий слышал не раз — от бабушки. Всю войну она прожила в тыловом Великом Устюге. Оставшись в первый же год войны без мужа, который погиб на фронте, женщина одна воспитывала дочь — его маму, рассказывает Анатолий. Чтобы выжить, женщина по 12 часов вкалывала на свиноферме. Но эти талоны на еду, заменявшие в то время зарплату, из-за страшного дефицита так и остались не отоваренными. Внук вспоминает, от привычки экономить каждую крошку бабушка не избавилась до конца своих дней. Последней каплей для тех, кто жил в военном Свердловске, стал конец 41-го. В город нескончаемым караваном идут эшелоны — в глубокий тыл эвакуируют заводы, театры, музеи, раненых. Население растет не по дням, а по часам — только за первые полгода Великой Отечественной свердловчан стало больше на 70 тысяч человек. Еще 70 тысяч голодных ртов. На всех еды не хватает. Прилавки магазинов стремительно пустеют — люди от безысходности сметают даже залежалый товар. Вводятся товарные карточки — и на улицах появляются многокилометровые очереди. Среди тех, кто часами стоял в них, была и Майя Плисецкая. В 16 лет будущую приму-балерину эвакуировали на Урал вместе с семьей. Современникам этого, к счастью, не понять. Но зверский голод порой превращал людей в животных — толкал на воровство и даже на каннибализм. В 1942 были документально зафиксированы случаи разорения могил. В то страшное время у уральцев в меню сплошь лебеда, лопухи да крапива. Лариса Ивановна до сих пор помнит, как от нее горели руки. Тогда трехлетней девочке щи из дикоросов казались самым вкусным блюдом на земле. Вместо конфет свердловчане уплетали пареную свёклу. За счастье было посмаковать во рту чайную ложку меда. В деревнях он был, но весь урожай отправляли солдатам. Купить что-либо в магазине было нереально. Кило масла, например, стоило тысячу 200 рублей — это при том, что в месяц заводской специалист получал 800. Победа над внутренним врагом — тотальным дефицитом и голодом — в войну была задача государственной важности. Всем желающим раздавали небольшие клочки земли — по две сотки на семью из четырех человек. В рапортах Сталину тогда писали: садоводством в Свердловске занимается четверть миллиона человек, то есть каждый второй житель. Ведь посаженная картошка — единственный способ остаться в живых голодной зимой. На полях в те времена работали даже танки. Многие машины, едва сошедшие с конвейера, запрягали в плуги. Так конструкторы решали сразу две задачи — кормили заводчан и обкатывали новичков. На кухне войны не было ничего лишнего. Это сейчас в столовой Уралмашзавода блюда на любой вкус. 70 лет назад рабочим выбора не давали: каждому — 800 граммов хлеба в день. Тех, кто не выполнял план, лишали трети пайка! Для трудяг это верный путь к голодной смерти. На второе — тарелка лапши, вместо компота — вода. В супе ни грамма мяса. И этот скромный паек — топливо для заводчан на 12 часов работы! Голодные обмороки в цехах тогда были обычной картиной. Но в буквальном смысле — не щадя живота своего — несмотря на истощение и цингу, свердловчане помогали фронту. Армии тыловики готовы были последнюю крошку. Заводчане, теряя сознание от голода, посыпали формы в литейном цехе мукой и смазывали патокой. У Победы — горькое послевкусие. Но — к чести героев войны — они вернули всей стране вкус жизни.